Letter 1180 - Revision history

Tony at 13:33, 15 July 2024

2024-07-15T13:33:38Z

← Older revision		Revision as of 15:33, 15 July 2024
Line 21:		Line 21:

	\|Translated text={{right\|''Tuesday''<br/>15 May}}		\|Translated text={{right\|''Tuesday''<br/>15 May}}
	Having been frightfully bored in [[Fastov]], I finally caught the train. I rode very safely and slept until Korsun to the accompaniment of rain. But then the sky abruptly cleared and heralded a heavenly morning. I was very pleased that no one came to meet me, and I came home on foot, enjoying the wonderful weather, being glad to be returning home. It goes without saying that it's impossible to find everyone well at [[Kamenka]]. On this occasion [[Yury]] had survived a very strong gastric fever, but he was already feeling better. The poor boy has lost a lot of weight, but is sweeter and funnier than ever. [[Sasha]], of course, looks tired and exhausted as a result of all this. After chatting with the girls and learning all the details, I went to wash and dress myself, then there was dinner, then a walk, supper and, finally, sleep, which wasn't particularly good due to the excessive heat. Now I've decided to properly settle down to work and, with short breaks, to work every day until 5 o'clock. Since summer work is generally very tiring, then I've decided to partially reduce and to establish a certain routine for my correspondence. I shall write to you twice a week: on Tuesdays and Fridays. But of course I can break the routine if necessary. I'll be writing to [[Nadezhda Filaretovna]] once a week.		Having been frightfully bored in [[Fastov]], I finally caught the train. I rode very safely and slept until Korsun to the accompaniment of rain. But then the sky abruptly cleared and heralded a heavenly morning. I was very pleased that no one came to meet me, and I came home on foot, enjoying the wonderful weather, being glad to be returning home. It goes without saying that it's impossible to find everyone well at [[Kamenka]]. On this occasion, [[Yury]] had survived a very strong gastric fever, but he was already feeling better. The poor boy has lost a lot of weight, but is sweeter and funnier than ever. [[Sasha]], of course, looks tired and exhausted as a result of all this. After chatting with the girls and learning all the details, I went to wash and dress myself, then there was dinner, then a walk, supper and, finally, sleep, which wasn't particularly good due to the excessive heat. Now I've decided to properly settle down to work and, with short breaks, to work every day until 5 o'clock. Since summer work is generally very tiring, then I've decided to partially reduce and to establish a certain routine for my correspondence. I shall write to you twice a week: on Tuesdays and Fridays. But of course I can break the routine if necessary. I'll be writing to [[Nadezhda Filaretovna]] once a week.

	I've written a lot today. The weather is divine. I would gladly have arranged a trip to the woods today with tea, but without [[Natalya Plesskaya\|Natalya Andreyevna]], who has now gone to visit her mother for a while, it's tedious. For me it's essential that she put the samovar in the red cosy and pour the tea. Speaking of her. Pelageya Osipovna (Persephone) is picking on her and is jealous of all the other members of the family. Now that [[Natalya Plesskaya\|Plesskaya]] has departed, she is rejoicing.		I've written a lot today. The weather is divine. I would gladly have arranged a trip to the woods today with tea, but without [[Natalya Plesskaya\|Natalya Andreyevna]], who has now gone to visit her mother for a while, it's tedious. For me, it's essential that she put the samovar in the red cosy and pour the tea. Speaking of her. Pelageya Osipovna (Persephone) is picking on her and is jealous of all the other members of the family. Now that [[Natalya Plesskaya\|Plesskaya]] has departed, she is rejoicing.

	I'm waiting with trepidation for a letter from you — I'm afraid that you might decide to insist that I start divorce proceedings in the summer. For God's sake, don't force it! Generally my only thought now is about how to escape from [[Piter]] as soon as possible. There is a terrible disaster on the [[Kamenka]] estate — beetles! These scoundrels have now appeared in such incredible numbers that they are being shovelled into ditches. Fortunately, frequent rains have spared the vegetation from complete destruction. I'm just off to Aleksandra Ivanovna, whom I haven't yet seen, and from there I'll go for a walk to Trostyanka. I kiss you, my dear [[Totosha]]! How I would like the matter of your leave to be resolved sooner!		I'm waiting with trepidation for a letter from you — I'm afraid that you might decide to insist that I start divorce proceedings in the summer. For God's sake, don't force it! Generally, my only thought now is about how to escape from [[Piter]] as soon as possible. There is a terrible disaster on the [[Kamenka]] estate — beetles! These scoundrels have now appeared in such incredible numbers that they are being shovelled into ditches. Fortunately, frequent rains have spared the vegetation from complete destruction. I'm just off to Aleksandra Ivanovna, whom I haven't yet seen, and from there I'll go for a walk to Trostyanka. I kiss you, my dear [[Totosha]]! How I would like the matter of your leave to be resolved sooner!
	{{right\|Yours, P. Tchaikovsky}}		{{right\|Yours, P. Tchaikovsky}}
	Regards to Volodya Zhedrinsky.		Regards to Volodya Zhedrinsky.
	}}		}}

Brett at 08:55, 27 May 2024

2024-05-27T08:55:02Z

← Older revision		Revision as of 10:55, 27 May 2024
Line 7:		Line 7:
	\|Publication={{bib\|1940/210\|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 567–568<br/>{{bib\|1963/6\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VIII}} (1963), p. 216–217		\|Publication={{bib\|1940/210\|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 567–568<br/>{{bib\|1963/6\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VIII}} (1963), p. 216–217
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''Вторник''<br/>15 мая}}		\|Original text={{right\|''Вторник''<br/>15 мая}}
	Жестоко проскучавши в Фастове, я, наконец, дождался поезда. Ехал очень благополучно и спал до Корсуни под аккомпанемент дождя. Но тут внезапно очистилось небо и наступило божественное утро. Я был очень доволен, что никто не приехал меня встречать, и пришёл домой пешком, наслаждаясь дивной погодой и радуясь, что возвратился восвояси. Само собой разумеется, что нет возможности найти в Каменке всех здоровыми. На этот раз выдержал очень сильную гастрическую лихорадку Юрий, но ему было уже лучше. Бедный мальчик очень похудел, но более мил и забавен, чем когда-либо. Саша, конечно, вследствие этого имеет опять усталый и изнурённый вид. Поболтавши с девочками и узнавши все подробности, пошёл одеваться и мыться, потом был обед, потом гулянье, ужин и, наконец, сон, не особенно хороший вследствие непомерной жары. Теперь я решился приняться хорошенько за работу и, за небольшими перерывами, работать ежедневно до 5 часов. Так как летняя работа вообще очень утомительна, то я решился отчасти сократить, отчасти установить известным порядком мою переписку. Тебе я буду писать два раза в неделю: по вторникам и пятницам. Впрочем, разумеется, в случае нужды могу и нарушить порядок. Н[адежде] Ф[иларетовне] буду писать раз в неделю.		Жестоко проскучавши в Фастове, я, наконец, дождался поезда. Ехал очень благополучно и спал до Корсуни под аккомпанемент дождя. Но тут внезапно очистилось небо и наступило божественное утро. Я был очень доволен, что никто не приехал меня встречать, и пришёл домой пешком, наслаждаясь дивной погодой и радуясь, что возвратился восвояси. Само собой разумеется, что нет возможности найти в Каменке всех здоровыми. На этот раз выдержал очень сильную гастрическую лихорадку Юрий, но ему было уже лучше. Бедный мальчик очень похудел, но более мил и забавен, чем когда-либо. Саша, конечно, вследствие этого имеет опять усталый и изнурённый вид. Поболтавши с девочками и узнавши все подробности, пошёл одеваться и мыться, потом был обед, потом гулянье, ужин и, наконец, сон, не особенно хороший вследствие непомерной жары. Теперь я решился приняться хорошенько за работу и, за небольшими перерывами, работать ежедневно до 5 часов. Так как летняя работа вообще очень утомительна, то я решился отчасти сократить, отчасти установить известным порядком мою переписку. Тебе я буду писать два раза в неделю: по вторникам и пятницам. Впрочем, разумеется, в случае нужды могу и нарушить порядок. Н[адежде] Ф[иларетовне] буду писать раз в неделю.
Line 16:		Line 16:
	Сегодня очень много написал. Погода стоит дивная. Я бы охотно устроил сегодня поездку в лес с чаем, но без Нат[алии] Андр[еевны], которая теперь поехала ненадолго погостить к матери, скучно. Для меня необходимо, чтобы она в красном капоте ставила самовар и разливала чай. Кстати о ней. Пелагея Осиповна (Персефона) пикируется с ней и ревнует её ко всем членам семейства. Теперь, вследствие отъезда Плеской, она ликует.		Сегодня очень много написал. Погода стоит дивная. Я бы охотно устроил сегодня поездку в лес с чаем, но без Нат[алии] Андр[еевны], которая теперь поехала ненадолго погостить к матери, скучно. Для меня необходимо, чтобы она в красном капоте ставила самовар и разливала чай. Кстати о ней. Пелагея Осиповна (Персефона) пикируется с ней и ревнует её ко всем членам семейства. Теперь, вследствие отъезда Плеской, она ликует.

	Со страхом жду от тебя письма — боюсь, чтоб ты не вздумал потребовать, чтоб я начал дело развода летом. Ради Бога, не заставляй! Вообще помышляй теперь только о том, как бы скорее вырваться из Питера. В хозяйстве каменском страшное бедствие — жуки! Эти мерзавцы народились теперь в таком невероятном множестве, что их сгребают в канавках лопатами. К счастью, частые дожди .спасают растительность от окончательного истребления. Сейчас пойду к Алекс[андре] Ив[анов]не, которую ещё не видел, и оттуда гулять в Тростянку. Целую тебя, мой милый Тотоша! Как я бы хотел, чтобы скорее решился вопрос о твоём отпуске!		Со страхом жду от тебя письма — боюсь, чтоб ты не вздумал потребовать, чтоб я начал дело развода летом. Ради Бога, не заставляй! Вообще помышляй теперь только о том, как бы скорее вырваться из Питера. В хозяйстве каменском страшное бедствие — жуки! Эти мерзавцы народились теперь в таком невероятном множестве, что их сгребают в канавках лопатами. К счастью, частые дожди спасают растительность от окончательного истребления. Сейчас пойду к Алекс[андре] Ив[анов]не, которую ещё не видел, и оттуда гулять в Тростянку. Целую тебя, мой милый Тотоша! Как я бы хотел, чтобы скорее решился вопрос о твоём отпуске!
	{{right\|Твой, П. Чайковский}}		{{right\|Твой, П. Чайковский}}
	Володе Жедринскому поклон.		Володе Жедринскому поклон.

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''Tuesday''<br/>15 May}}
			Having been frightfully bored in [[Fastov]], I finally caught the train. I rode very safely and slept until Korsun to the accompaniment of rain. But then the sky abruptly cleared and heralded a heavenly morning. I was very pleased that no one came to meet me, and I came home on foot, enjoying the wonderful weather, being glad to be returning home. It goes without saying that it's impossible to find everyone well at [[Kamenka]]. On this occasion [[Yury]] had survived a very strong gastric fever, but he was already feeling better. The poor boy has lost a lot of weight, but is sweeter and funnier than ever. [[Sasha]], of course, looks tired and exhausted as a result of all this. After chatting with the girls and learning all the details, I went to wash and dress myself, then there was dinner, then a walk, supper and, finally, sleep, which wasn't particularly good due to the excessive heat. Now I've decided to properly settle down to work and, with short breaks, to work every day until 5 o'clock. Since summer work is generally very tiring, then I've decided to partially reduce and to establish a certain routine for my correspondence. I shall write to you twice a week: on Tuesdays and Fridays. But of course I can break the routine if necessary. I'll be writing to [[Nadezhda Filaretovna]] once a week.

			I've written a lot today. The weather is divine. I would gladly have arranged a trip to the woods today with tea, but without [[Natalya Plesskaya\|Natalya Andreyevna]], who has now gone to visit her mother for a while, it's tedious. For me it's essential that she put the samovar in the red cosy and pour the tea. Speaking of her. Pelageya Osipovna (Persephone) is picking on her and is jealous of all the other members of the family. Now that [[Natalya Plesskaya\|Plesskaya]] has departed, she is rejoicing.

			I'm waiting with trepidation for a letter from you — I'm afraid that you might decide to insist that I start divorce proceedings in the summer. For God's sake, don't force it! Generally my only thought now is about how to escape from [[Piter]] as soon as possible. There is a terrible disaster on the [[Kamenka]] estate — beetles! These scoundrels have now appeared in such incredible numbers that they are being shovelled into ditches. Fortunately, frequent rains have spared the vegetation from complete destruction. I'm just off to Aleksandra Ivanovna, whom I haven't yet seen, and from there I'll go for a walk to Trostyanka. I kiss you, my dear [[Totosha]]! How I would like the matter of your leave to be resolved sooner!
			{{right\|Yours, P. Tchaikovsky}}
			Regards to Volodya Zhedrinsky.
	}}		}}

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:23:29Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:23, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 12:58, 31 March 2020

2020-03-31T12:58:31Z

New page

{{letterhead
|Date=15/27 May 1879
|To=[[Anatoly Tchaikovsky]]
|Place=[[Kamenka]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 1236)
|Publication={{bib|1940/210|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 567–568<br/>{{bib|1963/6|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VIII}} (1963), p. 216–217
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''Вторник''<br/>15 мая}}
Жестоко проскучавши в Фастове, я, наконец, дождался поезда. Ехал очень благополучно и спал до Корсуни под аккомпанемент дождя. Но тут внезапно очистилось небо и наступило божественное утро. Я был очень доволен, что никто не приехал меня встречать, и пришёл домой пешком, наслаждаясь дивной погодой и радуясь, что возвратился восвояси. Само собой разумеется, что нет возможности найти в Каменке всех здоровыми. На этот раз выдержал очень сильную гастрическую лихорадку Юрий, но ему было уже лучше. Бедный мальчик очень похудел, но более мил и забавен, чем когда-либо. Саша, конечно, вследствие этого имеет опять усталый и изнурённый вид. Поболтавши с девочками и узнавши все подробности, пошёл одеваться и мыться, потом был обед, потом гулянье, ужин и, наконец, сон, не особенно хороший вследствие непомерной жары. Теперь я решился приняться хорошенько за работу и, за небольшими перерывами, работать ежедневно до 5 часов. Так как летняя работа вообще очень утомительна, то я решился отчасти сократить, отчасти установить известным порядком мою переписку. Тебе я буду писать два раза в неделю: по вторникам и пятницам. Впрочем, разумеется, в случае нужды могу и нарушить порядок. Н[адежде] Ф[иларетовне] буду писать раз в неделю.

Сегодня очень много написал. Погода стоит дивная. Я бы охотно устроил сегодня поездку в лес с чаем, но без Нат[алии] Андр[еевны], которая теперь поехала ненадолго погостить к матери, скучно. Для меня необходимо, чтобы она в красном капоте ставила самовар и разливала чай. Кстати о ней. Пелагея Осиповна (Персефона) пикируется с ней и ревнует её ко всем членам семейства. Теперь, вследствие отъезда Плеской, она ликует.

Со страхом жду от тебя письма — боюсь, чтоб ты не вздумал потребовать, чтоб я начал дело развода летом. Ради Бога, не заставляй! Вообще помышляй теперь только о том, как бы скорее вырваться из Питера. В хозяйстве каменском страшное бедствие — жуки! Эти мерзавцы народились теперь в таком невероятном множестве, что их сгребают в канавках лопатами. К счастью, частые дожди .спасают растительность от окончательного истребления. Сейчас пойду к Алекс[андре] Ив[анов]не, которую ещё не видел, и оттуда гулять в Тростянку. Целую тебя, мой милый Тотоша! Как я бы хотел, чтобы скорее решился вопрос о твоём отпуске!
{{right|Твой, П. Чайковский}}
Володе Жедринскому поклон.

|Translated text=
}}