Letter 4109 - Revision history

Brett at 16:50, 18 May 2024

2024-05-18T16:50:10Z

← Older revision		Revision as of 18:50, 18 May 2024
Line 7:		Line 7:
	\|Publication={{bib\|1955/37\|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 459<br/>{{bib\|1977/40\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XV-Б}} (1977), p. 143–144<br/>{{bib\|1981/81\|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 459–460 (English translation; abridged)		\|Publication={{bib\|1955/37\|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 459<br/>{{bib\|1977/40\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XV-Б}} (1977), p. 143–144<br/>{{bib\|1981/81\|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 459–460 (English translation; abridged)
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''5 мая 1890''}}		\|Original text={{right\|''5 мая 1890''}}
	Голубчик Толя! Приехавши сюда, получил 2 твоих письма. Спасибо. В Петербурге провёл время очень приятно. Был на ''Тасиной'' свадьбе. Брак этот внушает мне симпатию и возвышает в моих г лазах Тасю, о коей я был невысокого мнения. Рождение моё отпраздновали у Давыдовых, причём была вся родня. В день рождения твоего и Модеста был у нас обед (присутствовали те, что подписали поздравительную телеграмму), а в 8 часов я уехал в Москву. Ездил туда на несколько часов для делового свиданья с Юргенсоном. В консерватории не был. Чем дальше, тем больше меня возмущают те обстоятельства, из-за коих я вышел из дирекции, и чем более выказывается самоуверенная наглость Сафонова (впрочем, для критического положения, в коем находится консерватория, весьма полезная), тем он мне противнее. Пусть себе распоряжается, — но я своего носа показывать у них не буду. Воображаю, как тебя опечалила смерть ''Баранова''. Господи, как жаль, когда мрут такие милые люди. И зачем? Но на этот вопрос ответа не полагается. В прежнее время подобные исчезновения с лица земли людей нестарых меня убивало. Теперь привык. Прольёшь несколько слез, подумаешь о том, что все трынь-трава, — а потом любовь к жизни берет своё. Я теперь в периоде особенной любви к жизни. Ношусь с сознанием удачно оконченного большого труда. Впрочем, мне, может быть, только ''кажется'', что «''Пиковая дама''» удачная опера. Не знаю, но пока я уверен в её блестящей будущности. В Риме я успел окончить инструментовку первой половины оперы; здесь принялся за вторую. Потом хочу написать вчерне секстет для струнных инструментов, а затем в конце июля или начале августа еду через Каменку к Вам. Кажется, что в это лето у меня		Голубчик Толя! Приехавши сюда, получил 2 твоих письма. Спасибо. В Петербурге провёл время очень приятно. Был на ''Тасиной'' свадьбе. Брак этот внушает мне симпатию и возвышает в моих г лазах Тасю, о коей я был невысокого мнения. Рождение моё отпраздновали у Давыдовых, причём была вся родня. В день рождения твоего и Модеста был у нас обед (присутствовали те, что подписали поздравительную телеграмму), а в 8 часов я уехал в Москву. Ездил туда на несколько часов для делового свиданья с Юргенсоном. В консерватории не был. Чем дальше, тем больше меня возмущают те обстоятельства, из-за коих я вышел из дирекции, и чем более выказывается самоуверенная наглость Сафонова (впрочем, для критического положения, в коем находится консерватория, весьма полезная), тем он мне противнее. Пусть себе распоряжается, — но я своего носа показывать у них не буду. Воображаю, как тебя опечалила смерть ''Баранова''. Господи, как жаль, когда мрут такие милые люди. И зачем? Но на этот вопрос ответа не полагается. В прежнее время подобные исчезновения с лица земли людей нестарых меня убивало. Теперь привык. Прольёшь несколько слез, подумаешь о том, что все трынь-трава, — а потом любовь к жизни берет своё. Я теперь в периоде особенной любви к жизни. Ношусь с сознанием удачно оконченного большого труда. Впрочем, мне, может быть, только ''кажется'', что «''Пиковая дама''» удачная опера. Не знаю, но пока я уверен в её блестящей будущности. В Риме я успел окончить инструментовку первой половины оперы; здесь принялся за вторую. Потом хочу написать вчерне секстет для струнных инструментов, а затем в конце июля или начале августа еду через Каменку к Вам. Кажется, что в это лето у меня никто не будет жить. Модест заедет только по дороге в Гранкино. Лароши сначала хотели прожить у меня все лето — теперь отказываются. Они останутся все лето в ''Петербурге''. Во Фроловском ''вырубили весь лес'', не осталось ни одного дерева. Алексея надули; когда он зимой нанимал, от него это скрыли. Меня уговаривают нанять дом в Царском! Может быть, я попробую там основаться. Во всяком случае, моя связь с ''Москвой'' теперь порвана, и я гораздо более склонен к Питеру. Бедный ''Алексей'' очень похудел. Скверная зима была для него. Болезнь и смерть жены, а потом кража у него часов и бумажника с деньгами и билетами — все это на него скверно подействовало. От Мих[аила] Мих[айловича] Ип[политова]-Ив[анова] письмо получил и отвечал. Признаться, мне жаль его, если состоится его капельмейстерство в Москве. Один ''Корсов'' чего ему будет стоить! Впрочем, ты не пугай его. Это между нами.
	никто не будет жить. Модест заедет только по дороге в Гранкино. Лароши сначала хотели прожить у меня все лето — теперь отказываются. Они останутся все лето в ''Петербурге''. Во Фроловском ''вырубили весь лес'', не осталось ни одного дерева. Алексея надули; когда он зимой нанимал, от него это скрыли. Меня уговаривают нанять дом в Царском! Может быть, я попробую там основаться. Во всяком случае, моя связь с ''Москвой'' теперь порвана, и я гораздо более склонен к Питеру. Бедный ''Алексей'' очень похудел. Скверная зима была для него. Болезнь и смерть жены, а потом кража у него часов и бумажника с деньгами и билетами — все это на него скверно подействовало. От Мих[аила] Мих[айловича] Ип[политова]-Ив[анова] письмо получил и отвечал. Признаться, мне жаль его, если состоится его капельмейстерство в Москве. Один ''Корсов'' чего ему будет стоить! Впрочем, ты не пугай его. Это между нами.

	Целую, обнимаю. Всем передай поклоны и лобзания. Интересно будет повидать Вл [адимира] Дм[итриевича] после Тифлиса.		Целую, обнимаю. Всем передай поклоны и лобзания. Интересно будет повидать Вл [адимира] Дм[итриевича] после Тифлиса.

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''5 May 1890''}}
			Golubchik [[Tolya]]! On arriving here, I received 2 of your letters. Thank you. I spent a very pleasant time in [[Petersburg]]. I was at ''[[Tasya]]'s'' wedding. This marriage inspires me with sympathy, and elevates [[Tasya]], of whom I had a low opinion, in my eyes. My birthday was celebrated at the Davydovs', with all my relations. On your and [[Modest]]'s birthday we had dinner (attended by those who signed the congratulatory telegram), and at 8 o'clock I left for [[Moscow]]. I went there for a few hours for a business meeting with [[Jurgenson]]. I haven't been to the Conservatory. As time goes on, the more outraged I am by the circumstances that caused me to leave the Directorate, and the more [[Safonov]]'s arrogant impudence is revealed (even though he is very useful for the critical situation in which the Conservatory finds itself), the more objectionable he is to me. Let them manage by themselves — but I won't show my nose to them. I can imagine how saddened you were by ''Baranov's'' death. Lord, how sad it is when such nice people die. And for what? But this is an unanswerable question. In the past, the disappearance of such people from the face of the earth was a mortal blow to me. Now I'm used to it. You'll shed a few tears, think that everything has gone to pot, and then you'll regain a love for life. I'm now in a period of particular love for life. I'm floating around with the consciousness of a large work successfully completed. However, perhaps it only ''seems'' to me that "''[[The Queen of Spades]]''" is a successful opera. I don't know, but for now I have confidence in her bright future. Then I want to write the draft of a sextet for string instruments, and then at the end of July or start of August I'll go to you via [[Kamenka]]. It seems there will be no one living with me this summer. [[Modest]] is only calling in on the way to [[Grankino]]. At first the [[Laroche]]s wanted to spend the whole summer with me — but now they've changed their minds. They'll be remaining in ''[[Petersburg]]'' for the whole summer. In [[Frolovskoye]], ''the entire wood has been cut down'' — not a single tree remains. [[Aleksey]] was duped: when he rented it in the winter, this was kept from him. They're trying to persuade me to rent a house in [[Tsarskoye Selo\|Tsarskoye]]! Perhaps I'll try to establish myself there. In any case, my connection with ''[[Moscow]]'' is now severed, and I'm much more inclined towards [[Piter]]. Poor ''[[Aleksey]]'' has lost a lot of weight. It was a bad winter for him. The illness and death of his wife, and then the theft of his watch and wallet with the money and tickets — all this has had a horrid effect on him. I received a letter from [[Mikhail Ippolitov-Ivanov\|Mikhail Mikhaylovich Ippolitov-Ivanov]] and replied. I must confess that I feel sorry for him if he ends up a kapellmeister in [[Moscow]]. What would one ''[[Korsov]]'' cost him? Anyway, don't alarm him. This is between us.

			Hugs and kisses. Give my regards and big kisses to everyone. It will be interesting to see Vladimir Dmitryevich after [[Tiflis]].
	}}		}}

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:44:10Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:44, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 13:05, 4 June 2019

2019-06-04T13:05:35Z

New page

{{letterhead
|Date=5/17 May 1890
|To=[[Anatoly Tchaikovsky]]
|Place=[[Frolovskoye]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 1409)
|Publication={{bib|1955/37|П. И. Чайковский. Письма к близким}} (1955), p. 459<br/>{{bib|1977/40|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том XV-Б}} (1977), p. 143–144<br/>{{bib|1981/81|Piotr Ilyich Tchaikovsky. Letters to his family. An autobiography}} (1981), p. 459–460 (English translation; abridged)
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''5 мая 1890''}}
Голубчик Толя! Приехавши сюда, получил 2 твоих письма. Спасибо. В Петербурге провёл время очень приятно. Был на ''Тасиной'' свадьбе. Брак этот внушает мне симпатию и возвышает в моих г лазах Тасю, о коей я был невысокого мнения. Рождение моё отпраздновали у Давыдовых, причём была вся родня. В день рождения твоего и Модеста был у нас обед (присутствовали те, что подписали поздравительную телеграмму), а в 8 часов я уехал в Москву. Ездил туда на несколько часов для делового свиданья с Юргенсоном. В консерватории не был. Чем дальше, тем больше меня возмущают те обстоятельства, из-за коих я вышел из дирекции, и чем более выказывается самоуверенная наглость Сафонова (впрочем, для критического положения, в коем находится консерватория, весьма полезная), тем он мне противнее. Пусть себе распоряжается, — но я своего носа показывать у них не буду. Воображаю, как тебя опечалила смерть ''Баранова''. Господи, как жаль, когда мрут такие милые люди. И зачем? Но на этот вопрос ответа не полагается. В прежнее время подобные исчезновения с лица земли людей нестарых меня убивало. Теперь привык. Прольёшь несколько слез, подумаешь о том, что все трынь-трава, — а потом любовь к жизни берет своё. Я теперь в периоде особенной любви к жизни. Ношусь с сознанием удачно оконченного большого труда. Впрочем, мне, может быть, только ''кажется'', что «''Пиковая дама''» удачная опера. Не знаю, но пока я уверен в её блестящей будущности. В Риме я успел окончить инструментовку первой половины оперы; здесь принялся за вторую. Потом хочу написать вчерне секстет для струнных инструментов, а затем в конце июля или начале августа еду через Каменку к Вам. Кажется, что в это лето у меня
никто не будет жить. Модест заедет только по дороге в Гранкино. Лароши сначала хотели прожить у меня все лето — теперь отказываются. Они останутся все лето в ''Петербурге''. Во Фроловском ''вырубили весь лес'', не осталось ни одного дерева. Алексея надули; когда он зимой нанимал, от него это скрыли. Меня уговаривают нанять дом в Царском! Может быть, я попробую там основаться. Во всяком случае, моя связь с ''Москвой'' теперь порвана, и я гораздо более склонен к Питеру. Бедный ''Алексей'' очень похудел. Скверная зима была для него. Болезнь и смерть жены, а потом кража у него часов и бумажника с деньгами и билетами — все это на него скверно подействовало. От Мих[аила] Мих[айловича] Ип[политова]-Ив[анова] письмо получил и отвечал. Признаться, мне жаль его, если состоится его капельмейстерство в Москве. Один ''Корсов'' чего ему будет стоить! Впрочем, ты не пугай его. Это между нами.

Целую, обнимаю. Всем передай поклоны и лобзания. Интересно будет повидать Вл [адимира] Дм[итриевича] после Тифлиса.

|Translated text=
}}