Letter 734 - Revision history

Tony at 11:31, 30 April 2024

2024-04-30T11:31:30Z

← Older revision		Revision as of 13:31, 30 April 2024
Line 29:		Line 29:
	-----		-----
	{{right\|''Friday'' 1 February/20 January 1878.}}		{{right\|''Friday'' 1 February/20 January 1878.}}
	[[Alyosha]] came to see us in the morning, very pale, emaciated, and sad. I'm starting to worry about him, although I recall that all patients with this disease lapse into melancholy and weaken. He has some sort of pain under the arm, sleeps poorly, and has a poor appetite. However, the doctor is pleased with the course of treatment. In the evening I received a letter from Madame [[Meck]], which alarmed me. This letter was filled as usual, and even more than usual, with expressions of love. But at the same time, she complains about some sort of unpleasantness that had happened to her, and although she doesn't name the culprit, from the ridicule and ironic remarks which she levels at [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]], I have reason to conclude that the culprit of the unpleasantness was indeed him, [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]]. I even gathered from her letter that [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]] went to see her and talked about me. From this, and comparing these facts with his letter, I surmise that [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]] went there to bring pressure to bear on her so that she would stop sending me money, since I was ''becoming accustomed to laziness, etc.''. Good Lord! Ugh, what a scoundrel!		[[Alyosha]] came to see us in the morning, very pale, emaciated and sad. I'm starting to worry about him, although I recall that all patients with this disease lapse into melancholy and weaken. He has some sort of pain under the arm, sleeps poorly, and has a poor appetite. However, the doctor is pleased with the course of treatment. In the evening I received a letter from Madame [[Meck]], which alarmed me. This letter was filled as usual, and even more than usual, with expressions of love. But at the same time, she complains about some sort of unpleasantness that had happened to her, and although she doesn't name the culprit, from the ridicule and ironic remarks which she levels at [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]], I have reason to conclude that the culprit of the unpleasantness was indeed him, [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]]. I even gathered from her letter that [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]] went to see her and talked about me. From this, and comparing these facts with his letter, I surmise that [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]] went there to bring pressure to bear on her so that she would stop sending me money, since I was ''becoming accustomed to laziness, etc.''. Good Lord! Ugh, what a scoundrel!
	-----		-----
	{{right\|''Saturday'' 2 February/21 January}}		{{right\|''Saturday'' 2 February/21 January}}

Brett at 20:05, 2 February 2024

2024-02-02T20:05:34Z

← Older revision		Revision as of 22:05, 2 February 2024
Line 7:		Line 7:
	\|Publication={{bib\|1940/210\|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 358–359 <br/>{{bib\|1962/102\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VII}} (1962), p. 58–59		\|Publication={{bib\|1940/210\|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 358–359 <br/>{{bib\|1962/102\|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VII}} (1962), p. 58–59
	}}		}}
	==Text==		==Text and Translation==
	{{Lettertext		{{Lettertext
	\|Language=Russian		\|Language=Russian
	\|Translator=		\|Translator=Brett Langston
	\|Original text={{right\|''Четверг'' 31 янв[аря]/19 янв[аря]}}		\|Original text={{right\|''Четверг'' 31 янв[аря]/19 янв[аря]}}
	Вчера вечером, написавши письмо к тебе, я пошёл в город пить кофе. ''В кафе'', где я обыкновенно бываю, в этот вечер давал представление какой-то фокусник. Зала была уставлена стульями, эстрада приготовлена, публика, довольно немного-численная, собралась. Вдруг дверь отворяется и входит мужчина в белом галстуке и фраке. Он взбирается на эстраду, и кого я узнаю? Того самого фокусника, которого мы с тобой видели в ''Montreux'', помнишь? Я так обрадовался, как будто это был какой-то родной мне. Так живо вспомнил я и мальчика с пляской св[ятого] Витта и с краснотой в лице, и другого мальчика, которого на другой день мы видели в костюме рабочего, и старика фокусника, слегка пьяненького, который рассказывал про свои торжества в разных городах Швейцарии, и нас с тобой, и как потом мы с тобой пришли домой и заспанный Фриц отворил нам дверь... Ах, какая прелесть и Кларан, и Майоры, и Фpиц, и Marie, и даже глупая Lonide, и наша комната, и все это. Я так расчувствовался, вспомнив Кларан, что даже написал письмо M[ada]me Майор. Конечно, я не уеду из-за границы,		Вчера вечером, написавши письмо к тебе, я пошёл в город пить кофе. ''В кафе'', где я обыкновенно бываю, в этот вечер давал представление какой-то фокусник. Зала была уставлена стульями, эстрада приготовлена, публика, довольно немного-численная, собралась. Вдруг дверь отворяется и входит мужчина в белом галстуке и фраке. Он взбирается на эстраду, и кого я узнаю? Того самого фокусника, которого мы с тобой видели в ''Montreux'', помнишь? Я так обрадовался, как будто это был какой-то родной мне. Так живо вспомнил я и мальчика с пляской св[ятого] Витта и с краснотой в лице, и другого мальчика, которого на другой день мы видели в костюме рабочего, и старика фокусника, слегка пьяненького, который рассказывал про свои торжества в разных городах Швейцарии, и нас с тобой, и как потом мы с тобой пришли домой и заспанный Фриц отворил нам дверь... Ах, какая прелесть и Кларан, и Майоры, и Фpиц, и Marie, и даже глупая Lonide, и наша комната, и все это. Я так расчувствовался, вспомнив Кларан, что даже написал письмо M[ada]me Майор. Конечно, я не уеду из-за границы, не побывавши там.
	не побывавши там.

	Сегодня ничего особенного не произошло. Были у Алёши. Он начинает очень худеть и тосковать. Гнев мой прошёл. Теперь мне только жалко его,		Сегодня ничего особенного не произошло. Были у Алёши. Он начинает очень худеть и тосковать. Гнев мой прошёл. Теперь мне только жалко его.
	-----		-----
	{{right\|''Пятница'' 1 февр[аля]/20 янв[аря] 1878.}}		{{right\|''Пятница'' 1 февр[аля]/20 янв[аря] 1878.}}
	Алёша пришёл к нам утром, очень бледный, исхудавший, грустный. Я начинаю беспокоиться за него, хотя вспоминаю, что все больные этою болезнью впадают в меланхолию и слабеют. у него какая-то боль под мышкой, плохой сон и плохой аппетит. Доктор, однако ж, доволен ходом леченья. Вечером получил письмо от M[ada]me Мекк, которое взволновало меня. Письмо по обыкновению и даже более обыкновенного наполнено изъявлениями любви. Но вместе с тем она опять жалуется на какую-то неприятность, случившуюся с ней, и хотя не называет виновника, но по тем насмешкам и ироническим замечаниям, которыми она отделывает Рубинштейна, а также по разным другим намёкам я имею основание заключить, что виновник неприятности именно он, Рубинштейн. Я даже понял из её письма, что Рубинштейн был у неё и говорил про меня. Отсюда и из сопоставления этого факта с письмом его я догадываюсь, что Руб[инштейн] ездил к ней хлопотать, чтобы она перестала высылать мне деньги, так как я ''приучаюсь к лени и т. д''. Хорош господин! Фу, какая сволочь.		Алёша пришёл к нам утром, очень бледный, исхудавший, грустный. Я начинаю беспокоиться за него, хотя вспоминаю, что все больные этою болезнью впадают в меланхолию и слабеют. У него какая-то боль под мышкой, плохой сон и плохой аппетит. Доктор, однако ж, доволен ходом леченья. Вечером получил письмо от M[ada]me Мекк, которое взволновало меня. Письмо по обыкновению и даже более обыкновенного наполнено изъявлениями любви. Но вместе с тем она опять жалуется на какую-то неприятность, случившуюся с ней, и хотя не называет виновника, но по тем насмешкам и ироническим замечаниям, которыми она отделывает Рубинштейна, а также по разным другим намёкам я имею основание заключить, что виновник неприятности именно он, Рубинштейн. Я даже понял из её письма, что Рубинштейн был у неё и говорил про меня. Отсюда и из сопоставления этого факта с письмом его я догадываюсь, что Руб[инштейн] ездил к ней хлопотать, чтобы она перестала высылать мне деньги, так как я ''приучаюсь к лени и т. д''. Хорош господин! Фу, какая сволочь.
	-----		-----
	{{right\|''Суббота'' 2 февр[аля]/21 янв[аря]}}		{{right\|''Суббота'' 2 февр[аля]/21 янв[аря]}}
Line 24:		Line 23:
	{{right\|П. Чайковский}}		{{right\|П. Чайковский}}

	\|Translated text=		\|Translated text={{right\|''Thursday'' 31 January/19 January}}
			Yesterday evening, after writing a letter to you, I went into town to drink coffee. ''In the café'' where I usually go, some magician was giving a show that evening. The hall was filled with chairs, the stage prepared, and the audience, fairly small in number, had gathered. Suddenly the door opens and a man dressed in white tie and tails enters. He climbs onto the stage, and who do I recognise? It was the same magician whom you remember we saw in ''[[Montreux]]''! I was so overjoyed, as if he were somehow a relative. I recall so vividly the boy with St. Vitus' dance and a red face, and another boy who we saw the next day dressed up as a worker, and the old magician, slightly tipsy, who told us about his celebrations in various Swiss towns, and how then you and I came home, and a sleepy Fritz opened the door for us... Oh, how delightful [[Clarens]], and the Mayors, and Fritz, and Marie, and even stupid Lonide, and our room, and all of this is. Remembering [[Clarens]], I was so deeply moved that I even wrote a letter to Madame Mayor. Of course, I won't come back from abroad without visiting there.

			Nothing in particular happened today. We visited [[Alyosha]]. He's starting to lose weight and feel miserable. My anger has passed. Now I just feel sorry for him.
			-----
			{{right\|''Friday'' 1 February/20 January 1878.}}
			[[Alyosha]] came to see us in the morning, very pale, emaciated, and sad. I'm starting to worry about him, although I recall that all patients with this disease lapse into melancholy and weaken. He has some sort of pain under the arm, sleeps poorly, and has a poor appetite. However, the doctor is pleased with the course of treatment. In the evening I received a letter from Madame [[Meck]], which alarmed me. This letter was filled as usual, and even more than usual, with expressions of love. But at the same time, she complains about some sort of unpleasantness that had happened to her, and although she doesn't name the culprit, from the ridicule and ironic remarks which she levels at [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]], I have reason to conclude that the culprit of the unpleasantness was indeed him, [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]]. I even gathered from her letter that [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]] went to see her and talked about me. From this, and comparing these facts with his letter, I surmise that [[Nikolay Rubinstein\|Rubinstein]] went there to bring pressure to bear on her so that she would stop sending me money, since I was ''becoming accustomed to laziness, etc.''. Good Lord! Ugh, what a scoundrel!
			-----
			{{right\|''Saturday'' 2 February/21 January}}
			[[Alyosha]] is better. Tomorrow we're all going to [[Nice]] for two days. I went with [[Alyosha]] to his nice doctor, and he's allowed [[Alyosha]] to accompany us, and incidentally, he told him to take two baths there. [[Nikolay Konradi\|Kolya]]'s joy knows no bounds. Then we'll have to come back here and wait for [[Alyosha]]'s treatment to end. The doctor is pleased with the course of the treatment. Somehow there are no letters from you. I kiss you hard.
			{{right\|P. Tchaikovsky}}
	}}		}}
	{{DEFAULTSORT:Letter 0734}}		{{DEFAULTSORT:Letter 0734}}

Brett: 1 revision imported

2022-07-12T12:28:33Z

1 revision imported

← Older revision	Revision as of 14:28, 12 July 2022
(No difference)

Brett at 19:50, 30 March 2020

2020-03-30T19:50:04Z

New page

{{letterhead
|Date=19/31 January–21 January/2 February 1878
|To=[[Anatoly Tchaikovsky]]
|Place=[[San Remo]]
|Language=Russian
|Autograph=[[Klin]] (Russia): {{RUS-KLč}} (a{{sup|3}}, No. 1145)
|Publication={{bib|1940/210|П. И. Чайковский. Письма к родным ; том 1}} (1940), p. 358–359 <br/>{{bib|1962/102|П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений ; том VII}} (1962), p. 58–59
}}
==Text==
{{Lettertext
|Language=Russian
|Translator=
|Original text={{right|''Четверг'' 31 янв[аря]/19 янв[аря]}}
Вчера вечером, написавши письмо к тебе, я пошёл в город пить кофе. ''В кафе'', где я обыкновенно бываю, в этот вечер давал представление какой-то фокусник. Зала была уставлена стульями, эстрада приготовлена, публика, довольно немного-численная, собралась. Вдруг дверь отворяется и входит мужчина в белом галстуке и фраке. Он взбирается на эстраду, и кого я узнаю? Того самого фокусника, которого мы с тобой видели в ''Montreux'', помнишь? Я так обрадовался, как будто это был какой-то родной мне. Так живо вспомнил я и мальчика с пляской св[ятого] Витта и с краснотой в лице, и другого мальчика, которого на другой день мы видели в костюме рабочего, и старика фокусника, слегка пьяненького, который рассказывал про свои торжества в разных городах Швейцарии, и нас с тобой, и как потом мы с тобой пришли домой и заспанный Фриц отворил нам дверь... Ах, какая прелесть и Кларан, и Майоры, и Фpиц, и Marie, и даже глупая Lonide, и наша комната, и все это. Я так расчувствовался, вспомнив Кларан, что даже написал письмо M[ada]me Майор. Конечно, я не уеду из-за границы,
не побывавши там.

Сегодня ничего особенного не произошло. Были у Алёши. Он начинает очень худеть и тосковать. Гнев мой прошёл. Теперь мне только жалко его,
-----
{{right|''Пятница'' 1 февр[аля]/20 янв[аря] 1878.}}
Алёша пришёл к нам утром, очень бледный, исхудавший, грустный. Я начинаю беспокоиться за него, хотя вспоминаю, что все больные этою болезнью впадают в меланхолию и слабеют. у него какая-то боль под мышкой, плохой сон и плохой аппетит. Доктор, однако ж, доволен ходом леченья. Вечером получил письмо от M[ada]me Мекк, которое взволновало меня. Письмо по обыкновению и даже более обыкновенного наполнено изъявлениями любви. Но вместе с тем она опять жалуется на какую-то неприятность, случившуюся с ней, и хотя не называет виновника, но по тем насмешкам и ироническим замечаниям, которыми она отделывает Рубинштейна, а также по разным другим намёкам я имею основание заключить, что виновник неприятности именно он, Рубинштейн. Я даже понял из её письма, что Рубинштейн был у неё и говорил про меня. Отсюда и из сопоставления этого факта с письмом его я догадываюсь, что Руб[инштейн] ездил к ней хлопотать, чтобы она перестала высылать мне деньги, так как я ''приучаюсь к лени и т. д''. Хорош господин! Фу, какая сволочь.
-----
{{right|''Суббота'' 2 февр[аля]/21 янв[аря]}}
Алёше лучше. Завтра мы все едем на два дня в Ниццу. Я ходил с Алёшей к его милому доктору, и он разрешил Алёше ехать с нами, да кстати велел ему взять там две ванны. Радости Коли нет пределов. Потом придётся вернуться сюда и ждать, чем кончится леченье Алёши. Доктор доволен ходом леченья. Что-то нет писем от тебя. Целую тебя крепко.
{{right|П. Чайковский}}

|Translated text=
}}
{{DEFAULTSORT:Letter 0734}}