Letter 1121

Date	25 February/9 March 1879
Addressed to	Nadezhda von Meck
Where written	Paris
Language	Russian
Autograph Location	Klin (Russia): Tchaikovsky State Memorial Musical Museum-Reserve (a3, No. 523)
Publication	П. И. Чайковский. Переписка с Н. Ф. фон-Мекк, том 2 (1935), p. 70–71 П. И. Чайковский. Полное собрание сочинений, том VIII (1963), p. 134–135

Text and Translation

Russian text (original)

English translation By Brett Langston

Париж  9-го марта 25 февраля  1879 Не могу удержаться, чтоб не сообщить Вам своего впечатления по поводу «Бури». Исполнение было не особенное, — но недурное. Тощие аплодисменты и некоторые свистки, приветствовавшие моё творение, ни мало не удивили меня — я их ожидал. Но меня удивляет то, что это меня довольно сильно уязвило. Я ожидал от себя большего мужества, т. е. полнейшего равнодушия к неуспеху. Волновался я невыразимо — этого тоже я не ожидал. И знаете ли, милый друг, что я даже не особенно упрекаю французскую публику. Мне самому сегодня «Буря» не понравилась. Форма её слишком длинна, эпизодична, неуравновешенна. Эффект отдельных эпизодов парализован некоторою несвязностью. И вот именно от того-то мне и грустно, что я не могу свалить вину неуспеха ни на исполнение, ни на непонимание публики. Мне кажется, что для первого знакомства парижан с моей музыкой «Буря» не годится. Конечно, многие подробности не удались в исполнении, — но в общем я не могу пожаловаться на Соlоnn'a. Много усердия, много старания, должно быть, положено было на изучение, — но музыкантам недоставало доверия и любви к исполняемой музыке. Они как будто заранее предчувствовали приговор публики. Некоторые как-то странно и многозначительно улыбались, как бы говоря: «извините, что мы преподносим вам столь странное кушанье, но мы не виноваты». Тотчас после «Бури» я ушёл и должен был совершить огромную прогулку, чтобы успокоить себя. Теперь я испытываю некоторую грусть, — но убеждён, что к завтраму моё маленькое огорчение совсем уляжется. Colonn'y я во всяком случае очень благодарен и хочу сейчас написать ему письмецо, в котором придётся прибегнуть к лжи, чтоб объяснить, почему я не благодарю его de vive voix. Скажу, что приезжал на самый короткий срок и что нездоров. Благодарю Вас, милый друг, за присланные деньги. Вы слишком добры, — но я и на этот раз злоупотреблю Вашей добротой, т. е. с величайшею благодарностью приму эту сумму. Она даст мне возможность сделать серьёзное обновление моего гардероба, несколько устаревшего и обедневшего. Хочу сегодня пойти в театр, чтобы рассеяться. До свиданья! Я ещё раз напишу Вам отсюда перед отъездом. Ваш, П. Чайковский P. S. Я забыл благодарить Вас за книгу Листа о Шопене. Я её знал прежде, и она мне не нравится. Изобилие фраз, пустых многоглаголаний и руготни на русских.

Paris  9th March 25 February  1879 I cannot help but tell you my impressions of "The Tempest". The performance was nothing special — but it was not bad. The scant applause and few whistles that greeted my creation did not surprise me in the least — I expected them. But what did surprise me is that I was quite harshly wounded. I expected myself to have greater fortitude, i.e. to be completely indifferent to failure. And I was indescribably nervous, which I did not expect either. And you know, my dear friend, I do not even particularly blame the French audience. I myself disliked "The Tempest" today. Its form is much too long, too episodic, too imbalanced. The effectiveness of the individual episodes is paralysed by a certain incoherence. And this is exactly why I am upset: I cannot blame the failure on either the performance or the audience's incomprehension. I do not think that "The Tempest" is fitting for Paris's first encounter with my music. Naturally, many details were unsuccessful in the performance — but in general I cannot complain about Colonne. A great deal of diligence and effort must have gone into learning it, but the musicians lacked the faith and love for the music they performed. They seemed to anticipate the public's verdict. Some smiled awkwardly and meaningfully, as if to say, "Sorry for serving you such a peculiar dish, but it's not our fault". I left immediately after "The Tempest" and had to take a long walk to calm myself. Now I feel somewhat aggrieved — but I am convinced that by tomorrow my minor disappointment will have subsided altogether. I am, in any case, most grateful to Colonne, and I want to write him a letter now, in which I shall have to resort to lies to explain why I am not thanking him de vive voix. I shall say that I came for a very short time, and that I am unwell. Thank you for the money you sent, dear friend. You are too kind — but I shall still abuse your kindness on this occasion, i.e. I accept this sum with the utmost gratitude. It will afford me the opportunity to seriously refresh my wardrobe, which is somewhat outdated and lacking in style. I want to go to the theatre today in order to distract myself. Until we meet! I shall write to you again before I leave here. Yours, P. Tchaikovsky P. S. I forgot to thank you for Liszt's book on Chopin. I had come across it before, and I did not like it. It is full of empty phrases, empty verbiage, and Russian abuse.